пятница, 7 июня 2013 г.

Жанна Агалакова о французском языке.

Продолжаю цитировать книгу Жанны Агалаковой "Все, что я знаю о Париже".
На этот раз предлагаю Вашему вниманию ее размышления о французском языке, его произношении,  лексике и других особенностях и странностях. Довольно забавно :)

Великий и могучий 
Как я ни старалась, так и не смогла добиться от моих парижских друзей ответа на вопрос: почему они пишут пять букв, а произносят одно-единственное «Ю»?
Потом где-то прочла, что в древности, когда грамотных было крайне мало, а бумажные документы уже были в обороте, писари брали с клиентов мзду за каждую букву, вот и накручивали.
Думаю, это шутка. Но как тогда объяснить, что во французском в конце каждого слова есть буква, которая не произносится, но непременно пишется?! И что существует пять разных способов оформления звука «о» (в одном из них задействованы аж четыре буквы) и семь способов обозначения «е» (максимум три буквы)?
С числительными тоже беда. Чтобы сказать «семьдесят пять», французы произносят «шестьдесят и пятнадцать», чтобы сказать «девяносто» — «четыре по двадцать и десять». Поначалу на кассе я просто впадала в ступор, когда мне говорили: «С вас сто — четыре по двадцать — семнадцать евро и шестьдесят — четырнадцать сантимов». Попробуйте быстро сообразить, сколько это.
Сами французы испытывают серьезные трудности в письме. По-настоящему грамотных среди них очень немного. Не так давно один уважаемый писатель выступил с открытым письмом в «Либерасьон» с предложением (и он был далеко не первый!) провести, наконец, реформу и упростить орфографию. Писатель честно признался, что не умеет грамотно писать. Дискуссия обрела такой масштаб, что Министерство образования было вынуждено официально заявить, что никакой реформы не ожидается, что французская грамматика — национальное достояние и культурное богатство. Заявление вывесили на интернет-сайте Министерства.
В нем было 119 ошибок!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!
На самом деле французы гордятся своим сложным для произношения и написания языком, и им нравится усложнять его еще больше.
Каждый настоящий парижанин моложе 40 непременно вставляет в речь верланы. Это разновидность сленга, который распространен во всех слоях общества. В верлане слово читается наоборот или слоги в нем меняются местами. Получается femme — meuf (женщина), fete — teuf (праздник), arab — beur (араб) и так далее. При беглом разговоре порой невозможно понять, о чем идет речь.
Возможно, именно поэтому — чтобы никто не понял, о чем идет речь, — и еще из любви к усложнениям парижане называют свой город по-своему. Не «Париж».
И не «Парижск».
И не «Пари».
И не так, как вы еще могли бы придумать.
Сто лет назад, когда строился Панамский канал, в Европе и в Америке в моду вошли одноименные шляпы. В Париже панаму носил каждый мужчина. Потому и Париж в Париже стали называть Paname — Панама!

Комментариев нет:

Отправить комментарий